География История Экономика Образование Культура Личности

Улицы


Улицы узки у нас,
Широка у нас летопись улиц…

…Звуки города. Это голоса людей, гудки теплоходов, сигналы автомобилей, шелест деревьев. А если вслушаться, то "зазвучат" и памятники, и дома, и улицы. Улицы рассказывают, напоминают, дают почувствовать Время. Как высказался академик Д.С. Лихачев, "ненавязчиво и настойчиво творения прошлого, в которые вложены талант и любовь поколений, становятся мерилом прекрасного".

Какие же они улицы Саратова? Их много. Назовем лишь те, с которыми неразрывно связана история нашего города.


Взгляд, брошенный сверху на речной вокзал, мост через Волгу, набережную, на Волгу, таящую огромную силу и эмоции, - взгляд этот рождает в душе благородное мощное звучание, словно незримый пианист исполняет вдохновенные "волжские" сонаты и этюды. Впитывая эту чудесную музыку, не спеша пройдемся по Набережной Космонавтов – бывшей Миллионной улице, - впитывая прошлое и веря в будущее Волги и волжан.

В ауре Волги и птичьего пения достигнем площади Федина, на которой в 1986 году был установлен памятник нашему земляку, писателю К.А. Федину работы скульптора А.П. Кибальникова. Мимо каскада фонтанов поднимемся до улицы Чернышевского (бывшая Царицынская). На углу этой шумной магистрали расположен Государственный музей К.А. Федина.


Минуя Кафедральный собор “Святых апостолов Петра и Павла”, пройдем по улице Волжской до ее пересечения с улицей Октябрьской. Несколько веков назад здесь проходил городской вал, окружавший старый Саратов. Поэтому эта улица имеет такую подковообразную форму, соответствующую очертанию городского вала. Когда-то здесь стояла городовая часть, и улица получила название Полицейской (ныне улица Октябрьская).

В первой половине XVIII века началась застройка Саратова уже за городским валом, и к середине века сложилась эта улица. Она стала заселяться восточными купцами, в основном армянами, скупавшими в Саратове хлеб и овес для отправки в Персию. Поэтому эта улица получила название Армянская. В течение своей истории улица неоднократно меняла свое название. В 1941 году она была переименована в Волжскую в честь великой русской реки.

В архитектурном ансамбле Волжской улицы сохранились старинные оригинальные особняки, которые дороги каждому саратовцу, так как создают своеобразный колорит, присущий только нашему городу.

О красивых особняках ходят красивые легенды. Услышать можно и о подземных ходах, и о прекрасных амазонках, и о пикантных приключениях, и о миллионных подарках… Услышать можно все, кроме правды. А правда (вернее, причина) такой популярности скрыта в самих домах. В их архитектуре. В силе гармонии и красоты. В заряде фантазии, который передается от здания созерцающему его. Саратовские особняки времени модерна вобрали в себя все краски, всю свежесть, пряный аромат и прихотливый вкус стиля. Не претендуя на первенство в масштабах, не требуя выгодных мест, они стали подлинным украшением, кульминационными точками, ярким бисером на архитектурной ткани города. Открываешь их почти всегда неожиданно и не перестаешь удивляться и восхищаться их красотой, талантом и дарованием зодчих их сотворивиших…

Особняк Э. Бореля, – шедевр провинциальной архитектуры начала ХХ века. Особняк был построен в 1909 году в стиле “чистого” модерна саратовским архитектором Петром Митрофановичем Зыбиным. Экспрессия, присущая стилю, свободное сочленение объемов в сложную многофасадную композицию, богатство и изобретательность пластических элементов — вот качества, которые, объединившись, создали архитектурный образ редкой притягательной силы. Если выделить главное, определяющее качество особняка, то это компактность: он, как плотно сжатая пружина, тревожит внезапностью притаившейся энергии. Масса здания собрана вокруг центральной точки — холла; центростремительная сила округляет все элементы дома — окна, углы, макушки пилонов, изгибает стены, стальные решетки, навесы и оконные переплеты. Стены едва заметно наклонены вовнутрь, — если продолжить их вверх, то они рано или поздно встретятся в “небесном фокусе”.

Оказавшись внутри особняка, неожиданно обнаруживаешь, что он очень просторен, даже велик. Интерьеры, существенно осовремененные за многие годы и ремонты, все же сохраняют стильный колорит. Но нет нужды их описывать — большинство саратовцев хоть раз да побывали внутри этого особняка, ведь раньше в этом здании располагался Саратовский городской ЗАГС.

По преданию король саратовских мукомолов Борель подарил этот удивительный дом даме своего сердца, прекрасной Елене, поэтому до революции особняк часто называли замком Елены. Правда ли это? Время, к сожалению, не раскрывает своих тайн…

Недалеко расположен еще один оригинальный дом – особняк мукомола И. Шмидта, выстроенный в начале ХХ столетия (1906 г.) неизвестным архитектором. Сдержанность деталей, аристократизм орнамента — и смелая компоновка объемов, крупная пластика, динамичная асимметрия массы здания — все это характеризует один и тот же дом.

Сложное сочетание и чуткое равновесие столь разных, нередко взаимоисключающих качеств были довольно широко распространены в модерне. Чем глубже стараешься понять то или иное здание, тем запутанней и сложней перекрещиваются породившие его тенденции. Может быть, поэтому многие постройки стиля обладают некой притягательной таинственностью (как любое до конца не понятое явление)? Что касается этого дома, то его архитектура (при всем вышесказанном) не кажется противоречивой, смятенной. Каждому направлению нашлось место, поле действия.

Объемная композиция, свободный план, асимметричные фасады — от “чистого” модерна; рустованный цоколь, лепнина и скульптура, отдельные детали и формы (портал входа, аттики, пилястры) — от неоклассицизма; суховатая графичность, ограниченный набор материалов и мотивов, большие квадратные окна — от рационализма. Он, пожалуй, преобладает, определяет общее настроение памятника (и это несмотря на прямо-таки усадебные, барские фрагменты садовой части здания — фигуры львов у входа и манерно-пластичный грот).

Изысканность старинных особняков резко контрастирует со строгой простотой с расположенным неподалеку "домом красной профессуры".

Не всегда соседство изысканных зданий стиля модерн с многоэтажными бетонными "офисами" и жилыми новостройками гармонично, но все-таки своя, ведущая, изначально выразительная мелодия, к счастью, сохранилась. И главную партию здесь играет сад Липки. Аккорды деревьев и аллей, узоры металлической ограды, детские голоса, цветники, предвкушение Волги – она недалеко, под "горкой" Бабушкина взвоза, кисло-сладкий запах дурманящих лип – это все Липки. Слава богу, что сохранился этот зеленый уголок в центре Саратова.

Естественно и гармонично вливается улица Волжская в яркий ансамбль площади им. Чернышевского, откуда берет начало Немецкая улица/проспект Кирова – одно из самых уютных, колоритных, красивых мест в городе. Знакомство с Немецкой – это прикосновение к важным событиям в истории Саратова, к архитектурной летописи "столицы Поволжья".


Немецкая улица/проспект им. Кирова… Всего три квартала людной городской улицы, которые можно пройти минут за пятнадцать—двадцать. Однако по объёму впечатлений эта прогулка чрезвычайно насыщенная. Проспект – это калейдоскоп ритмов, красок, звуков, лиц, место деловых встреч и свиданий, прогулок, кавалькад, концертов. Проспект как бы фасад Саратова, фасад праздничный и представительный — в каждом старом городе есть такой.

"В битве за пространство – ее уже много лет ведут автомобилисты и пешеходы, - кажется, наступил, пусть маленький, но перелом, - пишет журналист Борис Андреев. – Фронтальное наступление на нас, ходящих по земле, как говорится, на своих двоих, приостановилось. А кое-где мы начали и теснить "противника", – в больших городах появляются зоны, куда автомобилю путь заказан. Улицы только для пешеходов я видел в Хельсинки, Будапеште… Все больше их становится, к радости горожан, и у нас: есть Арбат в Москве, есть уютная Лайсвесс-аллея в Каунасе, проспект Кирова в Саратове".

Немецкая улица/проспект им. Кирова — это пятое название улицы. Когда-то, в екатерининские времена, прибывающие в Саратов немецкие колонисты, приглашённые к освоению российской окраины указом императрицы, селились за городом в слободе, что названа была Немецкой. В документах 1825 года уже встречается название – улица Немецкая. Таковой она и оставалась вплоть до 1914 года, когда по требованию некоторых гласных городской думы был поднят вопрос о переименовании главной улицы Саратова — дабы хоть этим выразить свое осуждение зачинщиков военной мясорубки. Предлагались названия — Славянская, Петра Первого, Волжский проспект. В результате жарких дебатов назвали ее именем генерала Скобелева, отличившегося в Балканской кампании 1877—78 годов. И хотя данное решение высшими инстанциями утверждено не было, тем не менее в течение трёх лет официальное название бывшей Немецкой было Скобелевская.

В марте 1917 года в ознаменование свержения самодержавия (после Февральской революции) та же городская дума даёт улице новое название — улица Республики. Так она именовалась до начала 1935 года, когда переименовали её в проспект имени Кирова. А в конце 90-х годов ХХ столетия улице было возвращено и ее первоначальное имя. Теперь "Невский проспект" Саратова называется улица Немецкая/проспект Кирова...

"От Соборной площади идет наиболее оживленная и красивая улица города – Немецкая, - сообщает старый путеводитель. – В самом ее начале – большое здание Музыкальной школы; немного дальше – очень красивый католический собор, построенный в романском стиле, с двумя высокими готическими башнями, между которыми стоит статуя апостола Петра".

Упомянутая Музыкальная школа – будущая консерватория; католический собор – полуразрушенное и перестроенное здание, в котором сейчас расположен кинотеатр "Пионер".

...По Немецкой улице прошёл первый в Саратове трамвай, сменивший на городских маршрутах конку. Случилось это 9 октября 1908 года. Как сообщает “Саратовский вестник”,

“в этот день от вокзала до Волги по Немецкой проехало 4000 человек. По обеим сторонам улицы всё время теснились толпы публики. Много раз вагоновожатым приходилось останавливать вагоны и убирать с путей камни, которые нарочно клали на рельсы уличные хулиганы”.

Новые вагоны были серого и светло-зелёного цвета. По Немецкой улице ходили только моторные вагоны — без прицепов, оживляя окрестное пространство шумом двигателя, россыпью искр из-под дугового ролика и “убогим тявканьем” ножного звонка вожатого, подаваемого зазевавшимся пешеходам и извозчикам. Дивился саратовский обыватель форменной одежде вожатого и кондуктора, сумке с билетами в руках последнего, просторному салону с сиденьями и пластмассовым ручкам на перекладине, за которые можно держаться при движении. Вагоны постоянно украшали снаружи — то рекламной доской, то веточкой берёзы, на Троицу, то надписью на стекле “Христос воскрес!”. Этот маршрут дал начало знаменитой саратовской “шестёрке”, курсировавшей по городу в 30-х—начале 50-х годов. По оживлённому проспекту шустро сновали взад-вперёд заполненные людьми вагоны. Помнятся и “висуны” на подножках и окнах трамвая, сердитые кондукторши, мальчики, пристроившиеся на “колбасе”, давка и оторванные пуговицы. В 1953 (?) году трамвай на проспекте сменился троллейбусом, который “проработал” на данной магистрали вплоть до 1985 года. А в 1986-м Немецкая улица стал пешеходной зоной.

В 1863 году фотографом Муренко была сделана фотография, изображающая часть Немецкой улицы в квартале между Никольской (ныне ул. Радищева) и Александровской (ул. Горького): булыжная мостовая, пустынные тротуары, одноэтажные строения, башенки деревянного католического костёла. На одном из домов различима вывеска “Зеркальная фабрика Мейстера”. Ныне примерно на этом месте — бывший дом Дружинина, где испокон веков размещалась булочная. Сначала эго было отделение известной всероссийской хлебопекарной фирмы Филиппова, знаменитого московского булочника, а потом — магазин при фабрике Стружкина, где продавалась всегда свежая и вкусная, в традициях Саратова, хлебная продукция.

Занимая в России первое место по производству муки, Саратовская губерния издавна славилась качеством хлебных и кондитерских изделий. Знаменитые на всю Волгу кондитерские “Фрей”, “Жан”, “Миньон”, булочные Скворцова, Крючкова и другие предлагали разнообразнейший ассортимент: калачи, халы, булки французские, сайки, плюшки с маком и посыпкой, ситный хлеб, пеклеванный, ржаной, пшеничный, пирожные, торты, ромовые бабы, кух, хворост, кекс, сушки, баранки, крендели, сухарики и прочая, и прочая. Разносчики в коробах и корзинах разносили свежайшую выпечку по базарам, улицам, дворам.

Требования к содержанию хлебопекарных заведений были утверждены городской думой. Большое значение придавалось правилам санитарной безопасности и профилактике загрязнения продукции. Об этом свидетельствовал ряд параграфов. К примеру:

  • на дворах при пекарнях выделка кизяков воспрещается;
  • полки, шпильки, хоры для хлеба и теста содержать в безусловной чистоте и гладко остругивать;
  • в месильной должны находиться умывальник с мылом и чистым полотенцем;
  • употребление недоброкачественной муки, как то: затхлой, слеглой, с хрустом, с насекомыми, с примесью квасцов, купороса, спорыньи и т.п. воспрещается;
  • рабочие должны иметь на себе во время работы непременно рубахи и поверх их белые фартуки и колпаки на голове и заботиться о чистоте рук. Месить тесто ногами воспрещается;
  • больные чахоткой и сифилисом не должны находиться при пекарне, хотя б и принадлежали семье хозяина.

Именем Стружкина хлебопекарня при большом хлебном и кондитерском магазине на Немецкой улице названа в советское время. Иван Кириллович Стружкин, питерский рабочий и член РСДРП, а после революции — председатель ЦК профсоюза работников пищевой и вкусовой промышленности, прожил всего 23 года. В Саратове в 1916 году двадцатилетним юношей он вел революционную работу среди рабочих хлебокондитерской фабрики Филиппова. А в 1919 году Иван Кириллович скончался в Москве, будучи уже крупным государственным деятелем. В память о нём в 1923 году, после восстановление упомянутой фабрики, решено было присвоить ей имя безвременно ушедшего лидера союза пищевиков. С тех пор магазин при хлебной фабрике называется в народе “У Стружкина”…

Почти напротив булочной находится красивейшее на проспекте старинное трёхэтажное сооружение в кафельной плитке, с барельефными украшениям и орнаментами. В истории Саратова оно известно как дом Бестужевой. Вера Петровна Бестужева была дочерью богатого саратовского купца, владельца обувных и других магазинов Петра Григорьевича Бестужева, предпринимательская деятельность которого была столь же разнообразной, сколь и полезной для города. Он, к примеру, финансировал издание саратовских открыток, что ныне являются предметом изучения, коллекционирования и гордости саратовских краеведов.

Упомянутый дом перекуплен у первого владельца Уфимцева на средства самого Петра Григорьевича, а дочь, видимо, наследовала отцовское имущество или получила в дар от родителя. Здание это появилось на Немецкой улице где-то в 1890-х годах как двухэтажное, а в 1908 году расширено и надстроено по плану архитектора А.М. Салько. Дом был доходным — сдавался в наём под жилые апартаменты (второй и третий этажи) и как помещение для лавок и магазинов. Здесь находились знаменитая кондитерская “Фрей” и “Кавказский магазин”, а в более ранние времена — модный магазин Аделаиды Сервье.

По соседству с домом Бестужева ныне построено девятиэтажное здание с магазином "Кристалл" на первом этаже. Когда-то на этом месте находились магазин спортивных товаров “Динамо”, а в глубине двора за магазином — кинотеатр “Летний”. Было это в 40—60-е годы. “Летний” был одним из самых популярных кинотеатров, очень посещаемым. Работал он только в тёплое время года, и это ограничение старался компенсировать интенсивным репертуаром. Здесь чаще шли приключенческие фильмы, остросюжетные, детективные и любовные ленты, собиравшие толпы народа. В конце 40-х—начале 50-х в Саратове, как и во всей стране, в ходу была демонстрация трофейных лент. В основном, это были мастерски сделанные голливудские фильмы: “Знак Зорро”, “Долина гнева”, “Королевские пираты”, “Остров страданий”, “Таинственный беглец”. Настоящий бум среди зрителей, особенно молодых, вызвала серия фильмов о Тарзане со знаменитым Джонни Вейсмюллером в главной роли. Первый сеанс начинался в 7.30 утра, а последний в 12.40 ночи.

Ближайшим конкурентом “Летнего” был кинотеатр “Пионер”. Известно, что открыт он был в 1940-м году, когда обезглавленное здание католического костёла “приспособили” под нужды детского синематографа.

Угловой дом на пересечении бывших Немецкой и Александровской улиц (ныне ул. Горького) — это гостиница “Европа”. По имеющимся данным, начал его строить в 1874 году купец Поликарп Львович Санин. Легенда гласит, что когда здание почти возвели, цыганка предсказала купцу, что по завершении стройки он умрёт. Поликарп Львович, испугавшись, прервал работы. В недостроенном доме, однако, он устроил свою лавку. Прошло десять лет, Санин успокоился и рискнул закруглить затянувшуюся работу. И, как ни печально и странно Поликарп Львович умер, оставив магазин, дом и капиталы дочери своей Капитолине.

Наследница не имела склонности к предпринимательской деятельности, с молодости приобщившись к ширящемуся революционному движению. Она была народницей, а впоследствии примкнула к РСДРП. Во втором замужестве — жена Н.Э. Баумана, известного революционного деятеля, одно время работавшего в Саратовской губернии. Тогда, в 1896 году, и познакомились будущие супруги. “Товарищ Ирина” (подпольная кличка Саниной) без колебаний потратила отцовское, наследство на нужды дела, в которое верила — подпольные типографии, распространение нелегальной литературы, поездки за рубеж для встреч с революционной эмиграцией.

А осиротевшее здание стало пристанищем новых людей. С конца восьмидесятых первый этаж здания занимал гастрономический магазин Моисея Иванова — самое респектабельное заведение в Саратове, поставлявшее колбасы и сыры, окорока и балыки, икру, вина, коньяки — всё самое лучшее, а потому дорогое. Иванову принадлежал и располагавшийся рядом ресторан “Европа” (примыкал к гостинице по Александровской улице).

Во втором этаже здания а течение десяти лет размещались музыкальные классы, а с 1898 года оба верхних этажа занимали гостиничные номера. Реклама гостиницы “Европа” на страницах газет и путеводителей усиленно зазывала клиентов, в числе прочих удобств отмечая — центр города, трамвай, общий образцовый порядок и тишину, кухню под личным наблюдением хозяина — при умеренных ценах.

Аналогичную рекламу практиковала и гостиница “Россия”, располагавшаяся на противоположном углу Немецкой улицы. Там в числе дополнительных удобств упоминается и дежурный автомобиль у подъезда— “к услугам г.г. отъезжающих на вокзал”.

Время постройки здания “России” точно не известно. История этого здания началась постройкой на углу Александровской и Немецкой улиц в середине XIX века обычного, ничем не примечательного двухэтажного жилого дома. Первое упоминание о нём как о доме генерала Македонского сделано в записках А.Н. Минха, относящихся к 1853 году. В 1867 году его приобрели братья Гудковы и открыли в нём гостиницу. Шло время, менялись хозяева здания. В 1889 году владельцем его стал богатый саратовский купец И.И. Зейферт, который сразу же вложил немалые средства в переустройство дома. По проекту архитектора Шустера надстроили третий этаж, устроили башенку с флюгером над угловой частью здания и оборудовали навес - балкон над тротуаром, прилегающим к дому. На балконе летом под брезентовым укрытием располагались столики ресторана и цвели декоративные растения. А в 1902 году новым владельцем был надстроен четвёртый этаж, причём общий облик здания был бережно сохранён, — просто оно стало более внушительным. С тех пор облик его не менялся. Исключая разобранный навес. И если внимательно приглядеться к вензелю на башенке “России”, то можно увидеть две переплетающиеся буквы — “И” и “З”: инициалы давнего владельца дома Ивана Зейферта — купца, предпринимателя, владельца доходных домов и паровой мельницы.

Вообще, Немецкая улица вполне оправдывала своё название, будучи местом сосредоточения домов, принадлежащих немцам. Здесь располагались аптека Шмуккера (затем Талон), номера Шульца, магазины Кернера, Кроне, сад Бодэ, дома Эрфурт, Штаф, Ниденталь, Презендорф, Цукверт. По диагонали от гостиницы “Россия” находился двухэтажный дом Мещерякова (ныне надстроен, в нижнем этаже размещается гастроном). До революции здесь располагался ресторан “Прага”, где вечерами играл “оркестр лиристов”, а к столу подавались “лучшие вина и блюда отечественной и заграничной кухни”. Примыкал к ресторану дом Цукверт, что долгие годы был пристанищем “фотографической мастерской”. Фотоателье вообще можно считать отличительной чертой Немецкой улицы. В 1909 году на ней размещались заведения Ленкера, Глушенко, Шепелева, Винокурова, Гришнякова, Румянцева, Чеховского плюс магазины фотопринадлежностей Кернера, Абачина и Орлова. А в доме Цукверт ещё в 60-х годах прошлого века снимал помещение первый фотограф Саратова Антон Степанович Муренко. Он оставил нам несколько десятков высококачественных снимков старого города, являющихся первыми документальными изображениями в его истории: старый гостиный двор, Новый и Старый соборы, берег Волги, Немецкая и Московская улицы, Духосошественская церковь на горах и другие. Ему же принадлежат исторические снимки драматурга А.Н. Островского, негритянского артиста-трагика Айры Олдриджа, бывших гостями нашего города летом 1865 года. Муренко — автор первого альбома из 24 фотографий, выпущенного в Саратове в начале 1870-х.

В этом же доме в 80-х годах (и 90-х тоже) XIX века располагалось заведение другого известного а Саратове фотографа — Пятницкого. Основной исторический интерес в его творческом наследии представляют работы, сделанные в дни празднования трёхсотлетнего юбилея Саратова — 9 мая 1891 года. Они запечатлели торжественные мероприятия на Театральной площади. Как живые, смотрят на нас пришедшие на торжество принаряженные обыватели, столь же нарядным, строгим и подтянутым выглядит каре из солдат местного гарнизона. А вот духовенство служит торжественный молебен здесь же на площади, а вот — представители городской и губернской администрации, господа в белых воротничках и бабочках, дамы с зонтиками, военные чины — наши предки, наши земляки…

Примечательным сооружением в этом квартале является также нынешний кинотеатр “Центральный”. Когда-то на этом месте находился “зимний тропический сад Корнеева” — этакое питейно-развлекательное заведение, из-за частых скандалов и драк подвергаемое постоянному остракизму в бульварной саратовской прессе. В конце концов заведение было закрыто и по ветхости снесено, а в 1899 году на освободившемся городском пространстве построено на средства предпринимателей Парусиновых добротное каменное здание, поначалу вместившее зубоврачебные кабинеты (во втором этаже), и ресторан “Столичный”. А в 1907 году по ликвидации ресторана в доме открыт первый в Саратове синематограф — электробиоскоп “Мишель”.

Зрительный зал в то время располагался в сегодняшнем фойе и вмещал 150 зрителей. В 1914 году владельцы синематографа сделали пристройку к зданию, ставшую вместилищем нового кинозала на 600 мест. Его украсили мифологическими скульптурами, синематограф заработал “на всю мощь”, принося немалый доход.

С тех пор он назывался “Гранд-Мишель”. Показ кинофильмов сопровождал “салонный квартет”, а иногда даже симфонический оркестр. Практиковались тогда ночные сеансы с “парижским жанром” - названия их говорят сами за себя: “Тайны гарема”, “В паутине греха”, “Раба страстей, раба порока”... Газеты не скупились на рекламу: "...кинотеатр "Гранд-Мишель" представляет шедевры русской и иностранной синематографии. Общая тишина и образцовый порядок; в фойе работает буфет. Трамвай во всех направлениях".

Первые шаги саратовского кино были теми же, что и в целом по России. Сборные программы “роковых” драм, дешёвых комедий, любовных историй с интригующими названиями. Иван Мозжухин, Вера Холодная в главных ролях, Чарли Чаплин, Макс Линдер и другие звёзды западного кино. Были попытки экранизации исторических сюжетов и классических произведений — но фильмы эти были сделаны примитивно, длились всего 15—20 минут — как здесь говорить о какой-то художественности лент?!

Не снизилась популярность кинотеатра и в советское время. В 1925 его переименовали в “Прожектор”, а в 1934 году — в “Культармеец”. Кинотеатр получал, как правило, право первой демонстрации новых лент в Саратове.

Двухэтажное здание с атлантами под крышей, примыкающее к “Центральному” — очень старое сооружение. Построено скорее всего в первой половине XIX века и принадлежало домовладельцу Полякову. Размещалась в нём гостиница. Известно, что в 1878 году проживал здесь писатель-разночинец Глеб Успенский, прибывший в Саратов по служебным надобностям. Гостиница не имела названия, просто значилась как номера Полякова, бывшие Шульц. Не самые лучшие, кстати, номера — жаловались постояльцы здесь и на клопов, и на ветхую мебель, и на неудобства с водой и канализацией, и на необязательность прислуги.

Гостиница “Волга”... Раньше она носила название “Астория”. Другое произведение архитектора Семена Акимовича Каллистратова. В романе "Необыкновенное лето" писатель, саратовец К.А. Федин упоминает об "Астории", "построенной на главной улице в совершенном духе законодательства "модерн". Это здание, сооруженное в 1913-1917 годах, с готическими мотивами, которые так любил Каллистратов, с фигурами рыцарей и стартующих гонцов, изваянных скульптуром Петром Федоровичем Дундуком, является одним из наиболее ярких и самобытных архитектурных творений нашего города.

В определённой гармонии с “Волгой” находится расположенное напротив здание Саратовского ломбарда — добротное, массивное сооружение оригинальной архитектуры, с барельефами и вензелями. На фасаде его — цифры из лепнины — 1888, но это не год постройки здания (оно построено в 1915-м), а год основания в Саратове петербургского отделения ломбарда Печанкина, небезызвестного российского ростовщика, процветавшего на проценты от ссуд, выдаваемых за принятые на хранение вещи. Проектировал и строил здание саратовский архитектор Владимир Константинович Карпенко (1873—1936), автор проектов многочисленных в Саратове и области сооружений — гражданских и промышленных (всего из около 90). С 1929 года он был директором саратовского строительного техникума, а в последние годы жизни заведовал кафедрой строительного искусства только что открытого в Саратове автодорожного института (САДИ).

Четырехэтажный корпус здания внушителен и строг. Его архитектра, в целом оставаясь в рамках неоклассицизма, ориентирована прежде всего на настоящее. Не цитируя буквально, а, научившись у классицизма построению иерархии форм, гармоничному сочетанию частей в целое, автор переосмысливает целые фразы из словаря классики, как бы изрекает их вечный смысл свежими словами - и делает понятными и близкими современникам. Взгляните на рустовку первого этажа, обрамляющие входы колонны, изобретательные комбинации окон, кадансированный абрис мансард…

Но что фасад - показательна и планировка: замкнутый вокруг внутреннего дворика, прямоугольник поперек узкого квартала, независимые входы, четкое разграничение общих (операционный зал, кулуары), служебных и складских помещений. А самая эффектная находка архитектора - лестница в левом крыле здания. Верхний свет плавно падает в ее шахту, проникает на все марши и площадки, на все этажи - до самого вестибюля. Выходит, что выдумка, оригинальность, а не только надежность и солидность важны для ломбарда?

В летопись Немецкой улицы, с ее фешенебельными магазинами и ресторанами, с красивыми, изобретательной архитектуры зданиями, с оживленной колоритной жизнью, навечно "впечатаны" биографии выдающихся личностей, для которых Саратов и его "Невский проспект" стали близкими и дорогими. Это - Афанасий Столыпин, Даниил Мордовцев, Николай Чернышевский, Эдуард Губер, Николай Костомаров, Марко Вовчок, Владимир Короленко, Павел Яблочков, Виктор Пасхалов, Владимир Гиляровский, Николай Вавилов, Михаил Булгаков, Федор Шехтель, Борис Пильняк, Лев Кассиль, Николай Семенов
В городе сотни домов,
вечность в себе таящих.
Город -
всегда диалог
прошлого с настоящим

Архитектурное лицо Саратова и сегодня определяют здания, выстроенные до революции — консерватория, Радищевский музей, Крытый рынок, Управление Приволжской железной дороги, гостиница “Московская”. Удачных проектов, реализованных после 1917 года, — считанное число. Одно из самых лучших архитектурных произведений советского периода — Дом книги. Своеобразно, загадочно "звучит" четырехэтажное здание на углу проспекта и улицы Вольской. Оно построено в 1937 году по проекту наших земляков архитекторов Д.В. Карпова и В.П. Дыбова.

Расцвет их деятельности приходится на тридцатые-сороковые годы, когда по их, чаще совместным, проектам построено в Саратове множество зданий. Специалисты старой добротной закваски, оба они окончили ещё до революции Петербургский институт гражданских инженеров и дело своё знали отменно. Перечислить все здания, выстроенные по их проекту невозможно. Архитекторы дополняли друг друга как специалисты, были большими друзьями и разносторонне одарёнными людьми. Дмитрий Васильевич прекрасно играл на скрипке, был большим любителем природы, обладал энциклопедическими знаниями по истории и искусству, Владимир Павлович долгие годы возглавлял саратовский яхт-клуб, сам слыл прекрасным спортсменом и организатором соревнований и волжских праздников. По своему вкладу в формирование архитектурного облика города их деятельность сравнима с таковой самых плодовитых и талантливых дореволюционных саратовских зодчих - с учётом, конечно, изменившихся времени и условий работы строительных предприятий. В этом плане можно считать, что архитекторы достойно продолжили дело своего выдающегося предшественника Алексея Марковича Салько, бурная и разносторонняя деятельность которого не могла не влиять на творчество последующих поколений архитекторов Саратова..

И на этом углу Кировского проспекта они рядом — детище Карпова и Дыбова — Дом книги, и детище Салько — дом Никитина на противоположной стороне улицы.

Сегодняшний проспект - ярок, многолик, неоднороден, включает в себя множество миров, ритмов, красок, персонажей. В потоке пешеходов возле цветомузыкального фонтана можно встретить студентов и профессоров, рабочих и музыкантов, продавцов и фотографов, коммерсантов и иностранцев. Да что там говорить: редкому саратовцу не греет он душу. Где-то должны люди встречаться, обмениваться новостями, демонстрировать свои оригинальыне наряды, "тусоваться", фланировать, знакомиться, влюбляться, выгуливать детей и друг друга, отдыхать, философствовать, смотреть на красивые лица. Для всего этого и есть - Проспект.

...Вот такова она — бывшая слобода Немецкая, Кировский проспект/Немецкая улица - фасад Саратова, его главная улица, прославившаяся далеко за пределами нашего края.


Вторая половина XVIII века… Каким запомнился Саратов того времени? По отзыву академика Лепехина, посетившего его в 1769 году, Саратов был одним из лучших провинциальных городов – с прямыми улицами и хорошими торговыми рядами. Другой побывавший в Саратове в том же году академик – Фальк писал: "Сей город хотя и невелик, но выстроен правильно и хорошо. В нем есть довольно каменных домов, 7 церквей, 2 монастыря и несколько лавок также каменных".

Центром города по-прежнему была Гостиная площадь, застроенная жилыми и торговыми помещениями. На месте теперешнего здания управления Приволжской железной дороги стоял двухэтажный каменный дом – воеводская канцелярия и низовая соляная контора.

Первый регулярный проектный план для Саратова был составлен в 1803 году. Однако уже в 1810 году он был заменен другим, который, в свою очередь, также не стал исходным для нового строительства. Опустошительный пожар 20 июня 1811 года, когда в городе уцелело всего 129 каменных зданий, повлек необходимость в составлении нового плана, который и был высочайше утвержден 14 сентября 1812 года. Новая прямоугольная уличная сеть была расположена под углом в 45 градусов к волжскому берегу: за основу взято направление главной улицы города – Московской. Вдоль нее размещалась цепочка площадей: Старая Соборная (Гостиная; ныне Музейная площадь), Михаило-Архангельская (Горянская; ныне сквер на пересечении улиц Московской, Октябрьской и Леонова), Хлебная с Верхним базаром (ныне Театральная площадь).

Облюбовало Московскую улицу для себя и саратовское купечество.

"…саратовские торговые люди захватывали своими домами, лавками и магазинами местность по направлению Московской улицы до Александровской (ныне улица Горького) и даже до Вольской", - писал в своих воспоминаниях, хранящихся в Государственном архиве Саратовской области, общественный деятель и юрист Иван Славин, сам из "купеческого сословия".

Многие купцы занимались благотворительностью, строительством, как говорится, не за страх, а за совесть, мечтая о преобразовании города, об улучшении жизни сограждан. На Московской улице – самой первой и самой известной в изначальном Саратове – стоит двухэтажный дом под номером девять, на первый взгляд ничем не примечательный. Но, узнав, кто здесь жил и каких людей помнят эти стены, смотришь на него другими глазами. Это дом купца Дмитрия Максимовича Вакурова. Из пьес А.Н. Островского и других литературных и кинопроизведений мы запомнили образ "темного царства" купцов: сундуки, кафтаны, длинные бороды, глухие заборы и глухая ненависть к образованию. Были и такие, и, по всей видимости, их было немало. Вакуров был другим. Выходец из крестьян Шуйского уезда Владимирской губернии, он много читал, грамотно, даже с элементами художественности, писал. В зрелые годы носил длинную бороду и был неразлучен с табакеркой, а в молодости ходил бритый, в коротких костюмах и курил табак.

Дмитрий Максимович был первым книжным торговцев в Саратове. Сначала он торговал книгами в лавке Гостиного двора (на этом месте сейчас управление Приволжской железной дороги), а затем в своем доме по улице Московской,9, который сохранился до наших дней.

Чуть выше, на углу улиц Московской и Большой Сергиевской (ныне ул. Чернышевского), стоит красивый дом с булочной в первом этаже, "дом Корнилова" (улица Московская,17).

"Автобиографические отрывки" Н.Г. Чернышевского открываются главой "Корнилов дом":

"…из частных домов он был тогда самый большой в нашем городе, - в два этажа, 18 окон на нашу улицу и 7 окон на Московскую улицу. Угол дома был закруглен и поднят куполом, выкрашенным зеленою краскою, между тем как остальная, тоже железная кровля была красная". В детстве Николай Чернышевский побывал однажды в этом доме, принадлежавшем купцу Степану Корнилову, о богатстве которого в городе ходили легенды. Дом купца Корнилова (ныне жилой дом) является памятником архитектуры XIX века.

Дом Горина, построенный на Московской улице в конце 1880-х годов, был едва ли не первой крупной доходной постройкой и при этом одним из самых ярких образцов "русских" стилей в Саратове. На трех этажах многосекционного дома-комплекса свободно размещались несколько десятков квартир для семей среднего достатка. Рациональная, тщательно продуманная планировка помещений основывалась на новейших представлениях об удобстве и комфорте, полностью удовлетворяла запросы жильцов, но была при этом достаточно экономичной. Объединение под одной крышей такого большого (по тем временам) количества квартир помогало решать важный вопрос экономии земли в центре города, где ее нехватка уже начала ощущаться к концу XIX века. Кроме того, неоспоримым достоинством доходного дома стало его участие в формировании выразительного лица города XIX столетия – ведь оно за время архитектурного "межсезонья" (со времен угасания классицизма до нарастания строительного бума) порядком поблекло. Доходные дома плотно вставали в ряд с застройкой уже сложившихся улиц, укрепляя их фронт и уходя лабиринтами своих корпусов далеко в глубь кварталов. Новым районам эти многоэтажные, часто очень выразительные и всегда заметные объемы задавали современный укрупненный масштаб, тон, становились опорой, основой для последующей застройки.

Дом Горина своей трехчастной симметричной композицией отвечает композиционным принципам окружающих его "образцовых" домов. Нижний его этаж решен относительно скромно (очевидно, с тем, чтобы не подавлять соседние здания). Пластическая масса, сложность и количество деталей нарастают снизу вверх и достигают апогея в карнизе, венчающем фасадную стену. Карниз – сплошной аркатурный пояс, выросший из плоти стен и воздуха окон. Неспокойная масса ищет выхода и находит его в центральной башенке и двух боковых шатрах, в выплесках балконов. Ясный, броский силуэт, уверенная и сильная пластика, наконец, мастерская техника воплощения замысла в камне сделали эту постройку одной из самых значительных, ярких в старой части города.

Скажем попутно, что целая группа (до двух-трех десятков) построек выросла за последнее десятилетие XIX века "по мотивам" горинского дома. Более скромные, двухэтажные, не столь пластичные и размашистые, они, однако, встречаясь в самых разных районах и кварталах Саратова, легко узнавались по задорным трапециевидным башенкам, фланкирующим крыльям симметричного фасада. Такие дома (часть из них сохранилась), скорее рядовые, чем редкие, стали своего рода опознавательным знаком строительной экспансии.

К концу XIX века Саратов заметно изменился: он благоустраивался, озеленялся, был сооружен водопровод, появилось электрическое освещение. Кульминацией технического прогресса казались зеленые трамваи, впервые прозвеневшие на Московской улице в 1888 году. По сравнению с неторопливыми извозчиками, целыми днями дремавшими на своих "биржах" на Старой и Новой Соборной площадях, и даже с конкой, уже два десятка лет стучавшей копыто-колесами, это и впрямь было диво.

Все отчетливей обозначались и другие городские приметы: широкие, богато украшенные витрины магазинов, лавок, кондитерских, рекламные вывески на домах, афишные тумбы… В 1875 году появились первые газетные киоски. Но главным отличием города сделался ускоренный ритм жизни, ее особенный образ, стиль. И совсем не последней составляющей этого образа была архитектура, заполнившая в XIX веке квартал за кварталом, все пространство Саратова.

Среди саратовских зданий много выполненных в стиле эклектики, призванном решать новые задачи архитектурного строительства. Этот стиль, вооруженный современными для того времени возможностями в виде более совершенной строительной техники и новыми строительными материалами, стал тем направлением, которого придерживался в своей работе саратовский городской архитектор А.М. Салько. Именно этот стиле был избран зодчим для постройки здания окружного суда (улица Московская,64) на углу улиц Московской и Никольской (ныне улица Радищева). Большая работа Салько выглядела респектабельно и привлекательно.

Напротив здания суда возвышалось здание товарной биржи, которая выходила на Хлебную (Театральную) площадь. Позднее здание было расширено пристройкой по проекту А.М. Салько. В 1904 году были открыты новые операционные залы Саратовской фондовой биржи.

Гостиничное строительство в губернских городах на исходе XIX столетия переживало благословенные времена: многочисленные, тут и там возникавшие казенные и частные "Астории", "Европы", "Метрополи" обещали комфорт коммивояжерам, промышленникам, агентам фирм, актерам, путешественникам… Далеко не последним в этом ряду был и корпус, построенный на рубеже нового столетия обществом взаимного кредита. На Театральную площадь, центральные – Московскую и Александровскую – улицы открылись широкие витрины и окна гостиницы "Московской", еще одного творения архитектора Алексея Марковича Салько.

В начале 1911 года автомобилистами-энтузиастами Н. Соколовым и З. Ивановым организуется в Саратове автомобильное депо – место продажи, "полного ремонта", стоянки, проката автомобилей. В собственность гаража за границей было приобретено 15 машин. Сообщалось, что "всегда имеются на складе разных заводов автомобили, мотоциклетки, велосипеды, шины и автомобильный материал: масло "ойль вакуум" компании всех сортов. Отпуск бензина, масла, карбида во всякое время дня и ночи. Отпускаются автомобили напрокат". Плата за пользование автомобилем устанавливается 30 копеек с версты. Гараж помещался в доме Егорова на Московской улице (ныне №99).

В 1914 году преуспевающие владельцы перевели свой гараж в новое здание бывшей фабрики "зеркал и фацетов", построенное еще в начале ХХ века. А вскоре в современном духе была переделана лицевая стена. Фасад украсили барельефами автомобиля с водителем за рулем и скульптурами "путти" – думается, хранителей пассажиров, пользующихся услугами столь быстроходного и современного вида транспорта. Форма выражения идеи доведена здесь до гротеска; движение фасада воспринимается почти физически.

…Поднимая тучи пыли с мостовой, катит по городу авто, рассекает его спокойствие светом фар и ревом двигателя. Руки "пилота" до боли сжимают баранку, на лице – отчаянная смелость. Кажется, машина сейчас отделится от фасада и помчится на улицей. Эх, прокачу!

На улицу Московскую выходит и комплекс городского почтамта, построенный в 1914-1916 годах. Здание городского почтамта соединяло в себе начала неоклассицизма и рационального модерна. Несколько гипертрофированная по масштабам композиция, массивные ризалиты, крупные коринфские колонны заявляют амбиции ретростиля; в то время как простота внутренних помещений, разумность их взаиморасположения, удобство (и даже уют) операционного зала, наконец, чистота фасадных поверхностей привлекают симпатии к этой постройке.

...Мечта об открытии в Саратове университета осуществилась в 1909 году. Собственноручно Николай II начертал на прошении: "Быть по сему!" Саратовский университет стал вторым по счету в Поволжье и десятым в России. Первоначально он состоял только из медицинского факультета. 23 сентября того же года во временно арендованных помещениях начали обучение 106 студентов.

Для проектирования и надзора за строительством университетского городка был приглашен архитектор Карл Людвигович Мюфке (1868-1933). К.Л. Мюфке родился в Воронеже, затем учился на архитектурном отделении Академии художеств в Петербурге, закончив которую стажировался за границей. В течение ряда лет он занимал должность губернского архитектора в Казани. В 1909 году Карл Мюфке навсегда переезжает в Саратов.

Местом строительства по решению городской думы была выбрана пустовавшая Московская площадь неподалеку от вокзала. Советом профессоров во главе с первым ректором университета хирургом В.И. Разумовским было признано необходимым положить в основу архитектурного решения всех зданий "классический стиль, но… в оригинальной современной трактовке".

Мюфке выполнил проект в предельно короткий срок. Его ближайшими помощниками были молодой архитектор-художник В.Д. Караулов, техник гражданских сооружений С.Ф. Рагозин и скульптор-лепщик В.К. Федоров. Строительные работы начались в начале 1910 года. За три года было возведено четыре здания – два корпуса экспериментальной медицины, анатомический корпус и корпус физического института.

Комплекс Саратовского университета отличает удачно найденный масштаб отдельных зданий и внутренних дворов, соразмерный человеку объем внутренних помещений – хорошо освещенных аудиторий, вестибюлей и лестничных холлов.

Проект Мюфке содержал план пятого корпуса для химического института, но он так и остался на бумаге. Вместо него уже в 1952 году был построен административный корпус, точно повторяющий в лане симметричный ему корпус физического института. В 1957 году в угловой части университетского городка был возведен представительный корпус научной библиотеки, а в 2000 году с противоположной стороны вырос новый десятый корпус университета, перекликающийся в композиционном и стилевом плане с университетской библиотекой.

Таким образом, спустя много лет композиционная идея К.Л. Мюфке была полностью реализована. И вполне заслуженно на университетском здании установлена мемориальная доска с указанием имени зодчего, работавшего в Саратове почти четверть века до последних своих дней.

...Беря свое начало на Музейной площади, Московская улица плавно вливается в Привокзальную площадь, тем самым, соединяя собою два вокзала: речной и железнодорожный. Станция Саратов-1 - один из крупнейших в России железнодорожных узлов. Своими магистралями Саратов связан с Москвой и среднеазиатскими странами, с Уралом и Украиной, Татарстаном и портами Черного и Каспийского морей.

До 1916 года Приволжская железная дорога носила название Рязано-Уральской (1806 год), была собственностью частного акционерного общества и имела протяженность 4 тысячи 377 верст. Первоначальный проект саратовского вокзала (1884 год) принадлежит одному из талантливейших русских архитекторов Тимофееву. Но поскольку Рязано-Уральская железная дорога постоянно наращивала поток перевозок пассажиров и грузов (строиться дорога перестала только в 1909 году), старое здание вокзала перестало удовлетворять и железнодорожников, и пассажиров, и, конечно же тех, кто брал на себя ответственность перевозить их по железной дороге. И было решено провести реконструкцию.

За доведение здания саратовского вокзала “до ума” в 1899 году взялся архитектор П.М. Зыбин. В кратчайшие сроки (а в те времена строили быстро, надежно и красиво) к имеющейся площади вокзала было пристроено два фасада и два одноэтажных крыла. Здание было выдержано в готическом стиле и в таком виде верно служило пассажирам вплоть до 1977 года. Именно тогда была предпринята последняя на сегодняшний день кардинальная реконструкция саратовского вокзала, который после переделки приобрел современный вид. Но даже сейчас от первоначального проекта (если приглядеться пристальнее) сохранились фрагменты старины — это мраморная арка со стороны перрона и цокольный этаж.

Сейчас со станции Саратов-1 ежедневно отправляются в путь почти 12 тысяч пассажиров. А в 1999 году количество людей, решивших воспользоваться услугами железной дороги, составило 4 миллиона 300 тысяч человек. К услугам пассажиров имеется несколько фирменных поездов “Волжские дали” и “Саратов” (Москва), “Приволжский” (Адлер) и два международных состава, которые следуют до Софии и Берлина.

Впервые в России на станции Саратов-1 были сформированы и приступили к работе несколько так называемых ускоренных поездов ближнего следования (Пугачев, Балашов, Александров Гай). Каждый из этих составов находится в пути на два часа меньше, чем по обычному графику, а стоимость билетов для проезда на них в два раза меньше, чем на автобусы, следующие в том же направлении. Подобная забота о пассажирах не могла остаться незамеченной руководством Приволжской железной дороги, и в третьем квартале 1999 года станция Саратов-1 заняла первое место по сети дорог Министерства путей сообщения России…

В ярком калейдоскопе домов и площадей, расположенных на Московской улице, в причудливом узоре бытия, в мозаике жизни – свое очарование, своя музыка. Постарайтесь услышать ее, – и вы лучше прочувствуете очарование своего города, людей его возводивших, узнаете до мельчайших деталей знакомую Вам с детства Московскую улицу…

Использованные материалы:
- Мелодия Саратова. - Саратов: Региональное Приволжское издательство "Детская книга", 1995.
- Семенов В. Бывшая Немецкая.//Гонец, №2, 1991.
- Семенов В. Городские этюды. - В кн.: Памятники Отечества: Сердце Поволжья. - М.: Памятники Отечества, 1998.
- Терехин С. Века и камни: Памятники архитектуры Саратовской области. - Саратов: Приволжское книжное издательство, 1990.
Партнер рубрики
  • Металлические двери в Балашове по низким ценам.